• A
  • A
  • A
  • АБВ
  • АБВ
  • АБВ
  • А
  • А
  • А
  • А
  • А
Обычная версия сайта
14
Апрель

Алиса в стране чудес

Что представляет собой учеба в Вышке? Чем, кроме учебы, занимаются студенты-филологи? Как выглядит выпускник Вышки? Обо всем этом нам рассказывает Алиса Хаба, выпускница бакалавриата факультета гуманитарных наук.

– Я знаю, что ты приехала из Ижевска. А как возникло решение учиться в Нижнем? Вроде бы это не самый очевидный маршрут?

– Все началось в школе. Про Вышку мне рассказала моя коллега по «Что? Где? Когда?», добавив, что Вышка – отличное место для олимпиадников. Поэтому я ориентировалась именно на Вышку и в другие вузы документы не подавала. А выбор в пользу Нижнего сделала после очной встречи с представителями приемной комиссии. Они очаровали и меня, и мою маму. Мы сразу отдали все документы, в том числе согласие на зачисление. Я проходила в нижегородский кампус по результатам олимпиады, поскольку была призером олимпиады «Звезда» по русскому языку.

– Ты сказала, что еще со школы играла в «Что? Где? Когда?». Что привлекло тебя в данной игре?

– Да, я тесно связана с ЧГК. Все началось с того, что еще в Ижевске я попала на любительскую игру клуба «Шестьдесят секунд» – это более свободная версия ЧГК. Потом я попала в школьный чемпионат по ЧГК города Ижевска. Мы с командой даже вышли на школьный чемпионат России. Я не планировала расставаться с ЧГК после окончания школы. В нижегородской Вышке есть клуб «Что? Где? Когда?», и еще до поступления я связалась с его организаторами. Хочу обратиться к абитуриентам: вы можете смело написать ребятам, клуб работает, если у вас есть интерес к игре, не стесняйтесь заявлять о себе еще до поступления. В составе клуба я побывала на чемпионате в Саранске, мы выиграли в открытом молодежном чемпионате. Я даже была организатором игр на факультете. Но на моем студенческом пути меня посещали раздумья о том, что мне стоит сделать выбор между «женой филологией и любовницей ЧГК», следуя формуле Чехова. В ЧГК меня привлекает то, что оно точно отвечает моей натуре, моим интересам и потребностям. Благодаря ЧГК я нашла постоянное применение эрудиции и общение с очень нетривиальными людьми. Люди, с которыми я общалась на ЧГК, на много лет определяли мой вектор культурного развития. Ну и еще я обожаю азарт, который в полной мере дают игры.

– Как ты упомянула, у тебя был опыт организации игр на факультете. В чем заключается особенность ЧГК у филологов?

– Филологический ЧГК был полностью моим замыслом. Все началось с идеи сделать ЧГК, которое в силу тематики вопросов было бы близко филологам и лингвистам. Я взяла на себя сразу несколько функций: идеолог, составитель пакета вопросов, я же сама делала объявления, анонсы игр, которые размещала в социальных сетях, со мной же связывались игроки, мне же писали желающие помочь – так я находила фотографов, помощников на игру. Я получила большой опыт, так как я поняла, что в таких масштабных делах нужны союзники, в одиночку такие вещи делать почти невозможно. А что касается специфики филологического ЧГК, то это смелость участников. Еще одна особенность – это возможность более легкого погружения в мир игры. Мы постоянно учимся не бояться незнакомого текста и работать с ним, в каком бы формате он ни был написан. Мне кажется, что филологи приходили попробовать себя в формате состязания с близкой им тематикой, а в итоге в себе открывали в себе способности истинного филолога и истинного игрока в ЧГК, так как их объединяет стремление к знаниям и отвага. За эту смелость я очень благодарна всем игрокам.

– Во время обучения ты побывала в Москве по программе мобильности. Что ты смогла там приобрести в плане знаний и опыта?

– Мобильность – очень важный опыт для студентов Высшей школы экономики. Я стараюсь сейчас хотя бы раз в два года менять место своего обитания. Очень важно не оставаться на одном месте, как бы ты ни любил свое окружение. Сам процесс обучения был непростой, мы столкнулись почти что с опытом европейских студентов, у которых есть набор дисциплин, и они должны сконструировать свое расписание так, чтобы успеть выполнить академическую задачу. По сути на мобильности ты учишься одновременно в Москве и в Нижнем. Есть и различие, конечно. В нижегородской Вышке однозначно семейная атмосфера, где все друг друга знают. В Москве на первых порах человек может чувствовать себя одиноким, и к этому нужно как-то приспосабливаться. А с другой стороны  в Москве больший выбор НИСов, например, на семинаре с Олегом Андершановичем Лекмановым по современной поэзии мы с коллегами успели продемонстрировать часть своих курсовых работ за прошлый год обучения и получили ценные советы. В плане контактов, которыми мы обогатились, Москва сработала лучше всего. Мы познакомились с классными студентами, такими же увлеченными преподавателями и учились не бояться находиться в этой среде.

– Почти два года твой курс учился онлайн. Какие, по твоему мнению, нужно сформировать в себе навыки, чтобы одинаково успешно работать и  онлайн и офлайн?

– Могу сказать, что определенно концентрация. С ней могут быть большие проблемы. Окружающие тебя люди, будь это однокурсники или соседи по общежитию, могут как отвлекать от учебы, так и еще больше вовлекать в процесс – ведь самое интересное всегда происходит в кулуарах. Конечно, когда учишься онлайн, и концентрация, и мотивация теряется. Помогает общение на семинарах, лекциях. Даже письма от преподавателей на корпоративной почте радуют! И конечно, в привычки студента должна входить способность отдыхать, возвращаться к тому, что дает энергию для академических и научных успехов. Очень важно уметь переключаться, даже из одного окошка зума в другое.

– За третий и четвертый курс ты приняла участие во многих проектах, заменяла учителей в нескольких московских и нижегородских школах, вела занятия на подготовительных курсах к ЕГЭ по литературе. Как это происходило?

– Я вела занятия в онлайн-формате. На курсах прочитала несколько лекций по Лермонтову и Гоголю, проверяла работы, сочинения школьников, которые они мне присылали. Я делала комментарии, замечания, отвечала в личных сообщениях на возникшие вопросы. Очень рада, что выпускники курсов хорошо сдали ЕГЭ и поступили к нам.  

– Хочу поздравить тебя с поступлением в магистратуру. А еще знаю, что тебя уже пригласили работать в одну из лучших школ Москвы. Чем тебе интересна сфера преподавания?

– Наверное, мое желание преподавать берет корни как раз из опыта помощи преподавателям школ и работы на подготовительных курсах. Например, я заменяла преподавателя словесности в одной из московских школ. Я провела там достаточно уроков сразу у четырех классов и могу сказать, что разочаровалась бы в своих педагогических навыках, если бы не ученики, которые приходили с каверзными вопросами или с прекрасными и креативными домашними работами. Такой формат я хочу продолжить и в своей будущей работе. А школа 1514 действительно прекрасная – там уже работает наша выпускница Аня Мухина, там очень доброжелательные и заинтересованные старшие коллеги – Марина Моисеевна Бельфер, Антон Алексеевич Скулачев.

– Вернемся к учебе. В дипломной работе ты ввела понятие  «рентгеновское зрение» по отношению к лирике Заболоцкого. Как это получилось?

– Сложно сказать, как именно у меня появился этот термин. Еще когда я изучала формы визуальности в «Столбцах» Заболоцкого, я пыталась подобрать правильный язык для того, чтобы описать, как предстают объекты в художественном тексте. Нельзя было просто брать термины из Visual Studies (Visual Culture Studies – это направление исследований, сфокусированное на социальных эффектах визуального опыта). Я понимала, что нужно эти термины вводить самой, поэтому «рентгеновское зрение» сначала было «разрезающим» или «обнажающим», но потом, описывая то, как это происходит в художественном тексте, я поняла, что это очень похоже на рентген, что механизм этого зрения совпадает с тем, что делал Заболоцкий. В итоге получилось, как мне кажется, небольшое научное открытие, потому что рентгеновское зрение у Заболоцкого совершенно оригинально. Объект, на который оно направлено, не умирает. Просто его механизм жизни обнажается и часто даже оказывается таким же, как у человека, а где-то сложнее и лучше человеческого.

– Какой совет ты можешь дать первокурсникам, как им выбрать тему для своей первой научной работы?

– Наши первокурсники - счастливые люди, потому что они вольны выбирать себе тему для научной работы, исходя из своих интересов. Тем более, наши преподаватели готовы идти навстречу. В любом случае работа прежде всего твоя, интерес и мотивация должны тебя поддерживать. Наверное, стоит браться за то, что интересно, но к чему ты еще не подходил с научной точки зрения. В литературе далеко не все на поверхности, открытие может прийти в процессе работы, оно будет тем и ценно.

– А теперь задам каверзный вопрос: не возникало ли у тебя желания на втором или третьем курсе все бросить и заняться чем-то другим?

– Нет, на самом деле, такого никогда не было. Честно скажу, что я не представляю, чем бы я могла заниматься, если не филологией. Я пришла к этому еще до поступления, но, наверное, как в случае с ЧГК, я знала, что филология должна стать таким зрелым интересом, при этом я не ожидала, что она окажется еще и  любовью.

Интервью взяла студентка второго курса программы «Филология» Екатерина Солдабокова